* * * (цикл «Уебковатые»)

Ты лежала, воркуя мечтами,

Ты хотела быть взъебанной вслух.

Телевизора пыльное знамя,

Замолкала. Лишь охал паук.

Только он на пизду соблазнился,

И спустился, чтоб йти в темноту.

Только он в эту толщу спустился,

Паровозом кричал там: «Ту-ту!!!»

Ощущая дурные приливы,

Ты не знала, что ж было в пизде.

Может, просто, то были отливы,

Как на море – навстречу звезде.

Через день полуглазый врачишка,

Посмотрел и вскричал: во дела!

Ведь в пизде уж живет паучишко!

Как же ты его внутрь приняла!

Он был стар и давно не ебался.

Потому, удалив паука,

Он недолго с тобою сношался,

Пока влага его не стекла.

Он кончал только раз, да и только,

Может – в год, может – в два, до пизды,

А потом наливал, и – попойка,

Чтобы водка не смела остыть.

Ты вернулась домой и страдала.

Ведь не знала, что делать опять,

И пизду свою медленно мяла,

Поперек, и, наверное, вспять.