* * *

Москва шумит срывая слезы с уголочков глаз,
и в тихом дворике московском,
пытаясь скрыться хоть на час,
сижу на лавочке неброской.
Сижу и словно бы кого-то жду,
кого-то кто подсев ко мне заметит:
да ты приятель вроде бы один из нас,
отставший от сбегающего лета.
Отставший от пустых ненужных слов,
заброшенных небрежно в чью-то душу.
От безупречно модных номеров,
от вроде бы еды которая зовется суши.
Чего ты ищешь в городе чужом,
вот так вот сидя тихо незаметно,
пойдем же с нами мы тебя там ждем,
в уставшее но ласковое лето.
Спасибо я отвечу, но пойми,
не суждено войти второй раз в реку,
ведь главное остаться нам людьми,
при этом оставаясь человеком.
И пусть сегодня грустно мне чуть-чуть,
я тут сижу поверь по своей воле,
ты лучше дай ка мне глотнуть,
а то уже давно все пересохло в горле.
И выкурив с ним молча по одной,
пожмем друг другу на прощанье руки.
И он уйдет, а я останусь тут,
все так же слушать тишины московской звуки.