? Беzобраzная Эльzа » 2008 » Февраль INCLUDE_DATA
Превед!

Проблемы выбора [4]

Нет, в таком состоянии с утра просто невозможно работать. Оранж оторвался от ноутбука и пошёл на кухню. Включив электрочайник, он прислушивался к своим ощущениям. Одна часть его заявила - Без кофе, с сахаром и сливками работать я сегодня не буду. Вторая часть шептала о свежем чае с лимончиком. Похоже, после вчерашнего ей это было просто необходимо. Оранж тупо фтыкал в красную кнопку чайника и меланхолично слушал свою внутреннюю перепалку.

- Чай.
- Кофе.
- С лимончиком.
- Со сливками. Они точно где-то в холодильнике прячутся.
- Сладенький.
- Аха. Сахару побольше в мой кофе.
- Коньячку налей, - врезался третий, тихий шёпот.
- В чай!
- Кофе!
- Чай!
- Кофе!

Чайник закипел, щёлкнул. Кнопка погасла, выводя Оранжа из оцепенения. - Потанцуем, - подытожил он.

Проблема выбора всегда для него была самая мучительная. Сегодня мы пойдём другим путём, решил он. Зачем себя ограничивать, если можно получить всё сразу?
Оранж решительно положил в кружку пакетик чая, пару ложек кофе, несколько кубиков сахара и толстый кружок лимона. Помяв лимон ложкой, залил всё кипятком на две трети.

Что забыл? Сливки нашлись на удивление быстро. Оранж посмотрел на творение рук своих, подумал и долил до верха остатки коньяка. Прислушался. Внутри было на удивление тихо. – Тота-же, - хмыкнул Оранж и прихватив кружку отправился за стол.

Через сорок минут, склонившись над белым унитазом, Оранж философски рассуждал о смысле выбора. Ведь порой хочется получить от жизни всё но, как правило, так не происходит. Всегда приходится себя в чём-то ограничивать, ставить приоритеты и выбирать. Теперь Оранж точно знал. Выбирая что-то одно, не стоит жалеть об упущенном, так как получая сразу всё может просто стошнить.

Революция Online [8]

Факс затренькал, запищал, загудел утробно и, наконец, неохотно выдавил из себя бумажную ленту. Председатель Временного правительства Христоматьев брезгливо, двумя пальцами вынул лист из недовольно урчащего факса, поднес к глазам лорнет и прочитал, близоруко щурясь и немилосердно грассируя:

- Отгяды богщевиков пегешли в наступление по всему гогоду. Захвачен телеггаф, почта и офисы сотовых опегатогов. Кгоме того, сообщают, что наш интегнет-пговайдег отказался обслуживать Вгеменное пгавительство за пгевышение тгафика в пгедыдущем месяце.

Христоматьев обвел присутствующих в кабинете членов правительства недобрым взглядом:

- Кто опять качал погнуху, господа? Пгавительство вот-вот гухнет, вся Госсия летит к чегтям собачьим, а вы, канальи, веб-чатами тешитесь? Господин Жадкевич, почему пгокси-сегвег до сих пог не габотает?

Министр связи, он же сисадмин правительства, Жадкевич, пухленький, длинноволосый, с бородкой и в очочках а-ля Джон Леннон, виновато потупился. Прокси-сервер работал прекрасно, а всю порнуху в Зимнем дворце качал он сам, потом нарезал на болванки и продавал на черном рынке. Тусуясь на заграничных форумах, Жадкевич был твердо уверен, что существованию старой России вот-вот придет полный аллес. Все вырученные от продажи порнухи деньги он переводил в оффшор и молил господа только об одном – не упиться в сиську в тот день, когда борщевики устроят давно обещанный флеш-моб со стрельбой из корабельных орудий, и благополучно покинуть бурлящий Петербург с израильской визой в кармане.

В наступившей тишине вдруг заорал истошный мужской тенор:

- Ну что ж ты страшная такая? Ты такая страшная-а-а-а!!!!!!!

Председатель комитета по образованию и попечительству Сидор Блюменшпак пробормотал “пардон”, торопливо полез во внутренний карман штатского пиджака и достал мобильный:

- Да, милая, слушаю тебя? – из трубки неслись неразборчивые женские вопли, Сидор неприязненно жмурился, пережидая, когда утихнет словесный понос супруги.
- Да какие бляди, какая сауна, Розочка?? Что значит - фотки видела? Да кто тебе вообще позволил в моем ноуте рыться, а? На мыло пришли?? От кого? От некоего Хера СимBEERцева? Да не было такого, Розочка, это фотошоп, клянусь здоровьем мамы! – огорченный Блюменшпак посмотрел на утихшую трубку и развел руками.
- Хер СимBEERцев – ник вождя борщевиков Вовы Чегеварина – произнес всезнающий Жадкевич. – Похоже, хакеры из Кронштадта вскрыли-таки наш сервак. Все, теперь утонем в спаме. И номера кредиток могут украсть, экспроприаторы…

О! о! – от противного аськиного позывного подскочили все присутствующие. Христоматьев развернул казенный ноутбук так, чтобы всем был виден монитор. Растерянные члены Временного правительства склонились над столом, изредка стукаясь лбами.

- Превед, камрады! – появилась надпись.

Жадкевич полез смотреть инфу, матеря вполголоса “этого поца” и всех его родственников, ничего в инфе не увидел, добавил абонента в список контактов, прочел ник и шмыгнул носом:

- Мы-таки имеем честь общаться с Левой Задроцким, правой рукой Чегеварина. Напишите-ка ему в ответ, господин председатель: “Пошел в хуй падонак”.
- Фи, Иосиф Барухович, как грубо! – возмутился Сидор Блюменшпак. – Давайте лучше напишем “Превед медвед”?

Жадкевич растолкал всех и забарабанил по клавишам: “Лева, передай Вове, что сканировать порты само по себе уже есть ахтунг, а когда за это платят дойчмарками, то это блябуду измена Родине. Ломайте лучше серваки мелкомягких, Биллу адинхуй делать нечего”

- Ахтунг твое имя ыыы, – мгновенно отозвался абонент. – Давай лучше в контру схлестнемся раз на раз? Или сцышь, ламер?
- Да я тебя на любой карте на ножах порву! – гордость Жадкевича явно была всерьез задета.
- Жадкевич, вы не могли бы пегейти к более насущным вопросам? – вмешался Христоматьев. – Нас всех вот-вот повесят на фонагях, а вы тут хуйней (пагдон-с!) стгадаете.

Посыпалось стекло, в окошко влетел булыжник, обернутый в бумагу. Христоматьев развернул записку и побледнел: на белом измятом листе был изображен драный кот, а снизу красовалась подпись “Леопольд, выходи! Выходи, подлый трус!”

- Леопольд Сергеевич, что с вами? – всплеснул руками испуганный Блюменшпак.

Воспитание и дворянская гордость взяли верх над испугом. Христоматьев выпрямился, одернул пиджак и поднял руку, призывая к тишине. Трое мужчин, находившихся вместе с ним в кабинете, обратились в слух.

- Итак, господа, наше положение аховое. На женский батальон и юнкегов надежды никакой. Половина этих пелоток подгабатывает ночами на Невском, втогая половина замужем и сидят с детьми. Юнкега, те вообще кгоме сервера WoW ничего в миге не замечают, дети, мать их ети…
- Так что же, все потеряно? – трусливый Блюменшпак затряс жирными щечками.
- Всегда есть выход, у тех кто-таки шарит, - предусмотрительный Жадкевич еще раз внутренне похвалил себя за дальновидность.
- Ну и где он, этот выход?? – у Сидора Михайловича вот-вот могла начаться истерика.

В этот момент заговорил еще один из присутствующих в кабинете господ, до сих пор хранивший молчание. Одет он был в черный пиджак, на голове, даже в помещении, носил котелок, из-под которого выбивались светлые кудри, комплекцию имел худощавую, а голос тоненький и противный:

- Спокойно, панове! Не надо паники. Если вы не знаете что делать, то пан Кржибржицкий всегда знает, что делать, уж поверьте мне. Во-первых – прекратите истерику, это я вам говорю, Сидор Михайлович. Во-вторых, Жадкевич, неужели вы решили, что никому не известно про “Мазератти”, замаскированный под “Запорожец”, который стоит в дальнем углу подземного гаража, и счета в оффшоре? Нехорошо, Иосиф Барухович, ой как нехорошо обманывать соратников по борьбе. Вы, Леопольд Сергеевич, держитесь молодцом, надеюсь, спокойствие вас не покинет и впредь. Итак, панове, Кржибржицкий готов спасти не только вас, но и всю вашу Россию, пся крев! Следуйте за мной!

Кржибржицкий открыл ключом тайную дверку, скрытую за портьерами в темном углу кабинета, пропустил в нее по одному перепуганных членов правительства, выстрелил напоследок из браунинга в ноутбук, забытый в суматохе на столе, и тоже скрылся за дверью.

Спустя два часа орда напившихся халявного революционного пива солдат и матросов с криками “Ахтунгов поймали! Ахтунгов ведут!” пинками загнала в двери Смольного четырех одетых в женские платья мужчин. Путаясь в оборках, спотыкаясь на каблуках, размазывая по небритым лицам тушь и румяна вперемешку со слезами, члены свергнутого Временного правительства проковыляли по лестницам под насмешливые выкрики полупьяных борщевиков и предстали перед самим Вовой Чегевариным в его кабинете.

- Спасибо, Инуся, - ласково пробормотал Чегеварин и погладил чью-то кудрявую голову, видневшуюся из-под стола. – Потом пгодолжим, сейчас только контгу к ногтю пгижмем…

Послышался звук застегиваемой молнии, из-под стола на карачках выползла растрепанная проститутка. Вождь пролетариата нахмурил брови, наморщил лысый лоб, оскалился… и внезапно расплылся в улыбке:

- Наденька, гадость моя, агхижжош! Ты неотгазима в облике польского пана, отогва ты этакая! Но скажи, зачем было пегеодевать этих господ в пидагасов, ась? Мы бы их и так выкугили из Зимнего, я как газ вчега получил из Гегмании пагтию пгеотличнейшего дуста. Вгочем… Мой дгуг Вильгельм очень любит шоу тгансвеститов. Запечатать этих (кхе-кхе!) дамочек в телячий вагон и захуягить его пгямиком в Беглин!

Несчастных пленников увели хохочущие матросы, пошлепывая прикладами по обтянутым шелком задам, а Чегеверин достал сотовый, набрал номер и деловым тоном заорал в трубку:

- Лева, скот, когда у нас ногмально загаботает интегнет? Хотелось бы пофлудить вечегком, пока вы там, падонки, геволюцию будете совегшать, знаешь ли…

***
Поезд промчался по заснеженной перепуганной России, проскочил Польшу и затормозил на берлинском вокзале, весь окутанный клубами пара и дыма. Измотанные экс-правители оправили измятые в дороге платья, подкрасили губки, Жадкевич, кряхтя, смазал побаливающий анус мазью от геморроя. Дверь вагона распахнулась, яркий свет заставил пленников прищурится…

О! о! – раздался знакомый всем интернетчикам аськин позывной.

***
Я открыла глаза и обалдело помотала головой. Шея болела, спать на клавиатуре перед монитором оказалось весьма неудобно. Кнопка на панели задач мигала синим, кто-то ломился в аську, невзирая на мой полный инвиз. Ну и ладно, зато разбудили. Я открыла окошко сообщений и увидела линк, с пояснением: “Краткая история РФ. Эля, зацени, аццкая абассака!”

Я зевнула, и лениво отстукала ответ: “Уже читала. Мне из-за этой абассаки такоооой бред ща приснился… гыыыы”. Затем я выключила комп и юркнула под одеяло. Все. Спать… От истории этой страны можно и в правду свихнуться…

Монстры [9]

Прошибает шальная моча
Забубенную пьяную голову
Лезут монстры из нор, хохоча
На меня, беззащитную, голую

Я за шторою прячусь в углу,
Цепенея от пота холодного
Монстр-лень, монстр-гнев, монстр-блуд
И измена, змея подколодная

Монстр-трусость моя, монстр-ложь,
Монстр-ненависть вкупе с неверием
Мной когда-то рожденное зло
Не сама ль отперла ему двери я?

Понимаю, что бред это, сон
Монстров нет, лишь психоз полнолуния
И с рычаньем храплю в унисон
Потому что пила накануне я.

Размышления в зимнее утро [16]

Радуюсь свету. Вчера не бухала
Ветер прохладный, как опахало
Руки в перчатках, курю сигарету
В небо уставилась, радуюсь свету

Снег вдоль дороги. В сугробе бутылка
Часто на шее пульсирует жилка
Зябко, замерзли немножечко ноги
Щурюсь на солнце и снег вдоль дороги

Зимнее утро, на ветках синицы
Вечером, знаю, придется напиться,
Муторный день завершая немудро
Ну а пока что - зимнее утро…

Колечко [14]

В ювелирном магазине редко бывают очереди. Сюда заходят либо праздношатающиеся парочки, посмотреть-поахать, либо люди, твердо решившиеся что-то купить. Как правило, это взрослые солидные дядьки, иногда одни, но чаще с юной (или не очень) особой, чью прихоть им придется оплачивать в нашей кассе. Я работаю здесь уже второй год, всякое видела. В том числе такое.

Однажды в магазин зашел поп. Отца Мирослава в городе знают многие, я его тоже сразу узнала. Войдя, отец Мирослав размашисто перекрестился и только потом поздоровался со мною хорошо поставленным басом. Одет он был в ладно подогнанную по фигуре черную рясу и смешную шапочку, не знаю, как она называется, ее обычно все попы носят.

Священнослужитель был не один, его сопровождал невысокий хрупкий юноша. Светлые длинные волосы, румянец на щечках, голубенькие джинсики в обтяжку и кожаная курточка, словом, типичный гламурный мальчик. Парочка была весьма колоритная.

Я смотрела и никак не могла понять, что же их связывает. Сын это поповский, что ли? Пока я мучилась в догадках, отец Мирослав со своим спутником подошли к витрине и принялись разглядывать выложенные на бархатных подушечках украшения, переговариваясь при этом вполголоса.

- Смотри, как тебе эта цепочка? По-моему вполне прилично выглядит.
- У меня уже есть цепочка.
- Ну тогда, может быть, колечко? Вот это, с зеленым камнем. Девушка, это кольцо у вас с изумрудом? – вопрос был адресован уже мне.
- Нет, это цитрон, там на ярлыке написано, - дежурно улыбнулась я.
- Цитрон! – фыркнул парнишка. – Да еще и зеленый… У меня глаза голубые, не подойдет вообще никак.
- Привередливый мой, - со странной нежностью пробасил Отец Мирослав. – Ну тогда - вот, с синим камнем, вот это, потолще которое?
- Это сапфир, - поспешила вмешаться я. – Очень чистой воды, из новой коллекции, кольцо из белого золота.
- Сапфир! – повторил отец Мирослав. – Сережа, тебе нравится?
- Ну я не знаю, - парнишка замялся, но видно было, что от этого кольца он бы не отказался.
- Может, вам помочь? – обратилась я к отцу Мирославу.
- Да, сестра, помогите, пожалуйста, а то у меня уже глаза разбегаются. – Отец Мирослав явно испытывал некоторую неловкость.
- Вы хотите приобрести именно кольцо? – спросила я. Парнишка кивнул головой, и я продолжила, - пожалуйста, вот эти кольца из коллекции “Белый лед”, белое золото, платина и сапфиры, вот в этой витрине у нас выставлена летняя коллекция “Магия зеленого”, с изумрудами, рядом кольца с цитронами, а вот в этой витрине – кольца с бриллиантами, очень шикарная коллекция от московских ювелиров.

Отец Мирослав о чем-то пошептался со своим юным спутником, потом пробасил:

- Мы бы хотели приобрести кольцо с бриллиантом, желательно эксклюзивное. Сереженька, посмотри, какое тебе больше всего нравится?

Сережа подошел к витрине с кольцами, я начала одно за другим подавать их ему для осмотра и примерки. Минут через пятнадцать выбор был сделан. Кольцо, которое понравилось парнишке, было на самом деле неплохим, хотя, на мой вкус и чересчур массивным, но, как говорится, на вкус и цвет…

Отец Мирослав уточнил цену (весьма немаленькую, признаться), и задрал подол рясы. Под рясой оказались голубенькие джинсы в обтяжку, точно такие же, как и у Сережи, Достав из заднего кармана джинсов портмоне, отец Мирослав вынул из него пачку тысячных купюр и солидно, не торопясь, отслюнявил требуемую сумму. Я пересчитала деньги, пробила чек и вручила кольцо, упакованное в аккуратную стильную коробочку красного бархата, его новому владельцу.

Дальше произошло нечто, повергшее меня в шок. Отец Мирослав открыл коробочку и вынул из него кольцо, радужно сверкнувшее в лучах потолочных софитов. Сережа томно взглянул на него и жеманным жестом протянул левую руку священнослужителю, а тот аккуратно и, как мне показалось, очень нежно надел бриллиантовое колечко на безымянный палец парня.

- Вот тебе и поп! - ахнула я про себя. – Он что же, мальчиков полюбляет??

Отец Мирослав тем временем осенил магазин крестным знамением, перекрестился сам и открыл дверь перед Сережей. Когда тот выходил из магазина, поп, ничуть не стесняясь меня, похлопал своего дружка по попке и вышел следом.

Мне стало противно. Пусть я и неверующая, в церкви не была никогда, но ведь так нельзя: днем подставлять прихожанам руку для поцелуя, а ночью этой же рукой ласкать гениталии молодого любовника… Куда катится мир?

А на горе росли дубы… [6]

А на горе росли дубы, а под горою
Стояли раком девки, целых трое
А за горой журчала речка по оврагам
А девки знай себе стояли раком

А черемша вовсю воняла по распадкам
А сраки девок словно шоколадки
И плакали березы… А с хуя ли
Три девки раком под горой стояли?

А солнце било ультрафиолетом
Стояли раком под горой три девки летом
И пролетая, думал птиц порою
Зачем три девки? Раком? Под горою?

А под дубами сумрачна прохлада
А девки встали раком, так им надо
Втроем не скучно под горою раком
И солнце гладит лучиками сраку

А на горе дубы кидались желудями
Ну что поделать с этими блядями?
Три девки раком под горою спьяну
Сниму трусы и к ним четвертой стану

Високосный день (записки охранника) [3]

Все мы знаем високосный год, введённый в обиход ещё римлянами-прощелыгами и отредактированный чьим-то там Папой. Как правило, год этот на одни сутки длиннее обычного и отличается высокой смертностью и обилием катаклизмов. Но вряд ли кто из вас слыхал про високосный день, вот о нём-то и пойдёт речь.

Всё началось с самого утра. Проснувшись, Женька на автопилоте зарулил на кухню, достал из сушилки кружку, с наполовину закрытыми глазами положил в неё сахар и чек Нескафе. Далее он взял чайник с кипятком и стал наливать оный в кружку. Как он не бросил чайник одному богу известно. Кипяток обильными струями брызнул на его голые ляжки, растёкся струёй по полу. Глаза моментально открылись по двенадцать копеек, и рот туда же. Но крик усилием воли удалось погасить.

Кружка, небрежно вынутая из сушилки стояла на столе кверху жопой! Подсолнечное масло, аккуратно растёртое по ошпаренным ногам, в какой-то мере приглушило боль. Перематерившись в три погибели, вспомнив всех чертей, Саддама Хусейна и, к сожалению, ещё живую тёщу, Женька вытер пол, налил таки себе кофе и, выпив его без удовольствия, в силу привычки, пошел на работу.

Зайдя на первый пост и увидев траурные рожи бойцов, он тут же смекнул, что ночью приключился косяк. Скроив кровожадную рожу и всем своим видом заранее не предвещая счастья и премий, он спросил: - Ну, колитесь, мать вашу несчастную женщину.

Командир наряда, помявшись и сделав ебальник девочки с персиками, промямлил: - Ты бы Владимирыч сел штоли? Типа в ногах правды нет. Не сядешь, не скажу!
Делать нечего, пришлось садиться.
- Ну?!
- Тут у нас Владимирыч небольшой косячок вышел ночью, ты только не переживай, у тебя давление…
- Блять! Не тяни кота,… за пизду!
- Да Вобщем у нас в три часа ночи на втором посту как бы охранник немного того, умер.

Далее выясняется, что охранник умер ни хуя не немного, а полностью, то есть насмерть. Инфаркт миокарда, обширнее не бывает. Уже отметились все, уже увезли и составили протоколы. Заебись, однако, день начался.
Сел на телефон, позвонил Толе в Ритуал, договорился обо всех причиндалах и оплате в рассрочку, потом.

Время девять утра, приходит зам-пом Славка. А вместе с ним приходит известие с дальнего поста. Хищение! Охранник уверяет, что ночью глаз не сомкнул, цитирует баран наизусть телевизионную программу. Ясненько чем ссука занимался. А тем временем тати спиздили два КАМАЗовских аккумулятора. Охранника после допроса взашей, в очередь на биржу труда, с пожеланием скорейшего выигрыша в спортлото. На вопрос где зарплата Славка взрывается. С криком в пизде, он бьёт лже-сторожу пенальти в развилку, конец связи. Гол!

До обеда идёт обычное действо. Постовые ведомости, инструктаж новичков, приём соискателей. Обед проходит в тёплой и собственно дружеской обстановке. Рюмкой Арарата слона не убьёшь, а организьму любимому приятно. Закуриваем и выходим на улицу. Зимнее солнышко раздухарилось и припекает не по-совецки. Со стройки контролируемой нашей организацией выходит наш охранник. Смотрим и глазам не верим. Я, конечно, видал и пьянее, но только в кино и зеркале. Добить решили суки!

Пока я спроваживаю это говно домой, Славка насилует бессовестными матюгами телефонную мембрану. Наконец вытаскивает из дому только что сменившегося охранника и за двойную цену блатует его о подмене. Ну, пожалуй, и хватит на сегодня. Жизнь, дай жить гадина! Хмм, не тут-то было!

Телефонный звонок перечёркивает планы на вечер и довершает картину високосности всего происходящего.
На отдельно строящемся объекте, среди бела дня пропадает четыре куба импортного пенофлекса. Утеплитель что ли, хуй его знает. Вызываю «братьев меньших», а сам вместе со Славкой охраняю место происшествия.

Приезжают «братья» и мы коллективно начинаем охуевать. Здесь необходимо описать объект. Представьте себе ангар высотой десять метров, с совершенно ровными, отвесными стенами. Ни одного крючка, штыря, сучка и задоринки. Рабочие на крышу этого Форт Байяра попадают не иначе, как на автоподъёмнике. Залазят в люльку, и водила-машинист доставляет их на место. Вокруг здания на снежной пороше нет ни одного следа, ни человечьего, ни собачьего. Разве что сиротливая кучка голубиного говна и весь писдец!

Нам по хуй на следы голубей и ихней невоздержанности. Мы ищем следы лестницы, которых нет. Их просто нет! Далее менты начинают допрашивать мастера, охранника, работяг итд. Мастер уверяет, что материал спиздили залётные альпинисты-форточники, но мне видится жуликоватый старик Хоттабыч, летящий на рваном персидском половике. Летящий и пиздящий расходные материалы. Версию с Карлсоном отмели сразу же, как несостоятельную. День морозный и полёты в такой дубак в одних подштанниках до добра не доведут. При ментах заявляю мастеру, что косяк не принимаю, а по сему идёт он на хуй, вместе с бригадой своих Челкашей.

Собственно на этом рабочий день заканчивается. Тяжело вздыхаю, жму, Славкино весло и писдую домой, в тыл. Вечер заканчивается стандартно. Телевизор, инет, кровать. Казалось бы, и всё, и хватит! Хуёв четыре эшелона! В три часа ночи раздаётся телефонный звонок. Если бы у меня было мозгов хотя бы столько же, как у Буша старшего, я отхуярил бы телефонный аппарат. Застрелил и закопал на заднем дворе.

Звонит командир наряда. ЧП! Отпиздили охранника внутреннего поста. Отпиздили жёстко и жестоко. Запрыгиваю в штаны и уже через пять минут прилетаю на работу. Увиденное повергает меня в лёгкий ступор. Маска смерти!!!
На дальнем посту, как на самом спокойном у меня сидят ветераны. Дедушки лет по шестьдесят. Ещё крепкие, но не пригодные для офисной службы, а уж на стройку или инкассацию тем паче.

В час ночи пришёл в цех местный сварщик. Охранник ему пояснил, что согласно распоряжения директора, без списка и старшего, а тем более в одиночку в ночь на работу никто не допускается. Работник извинился за беспокойство и вышел наружу. Впрочем, через минуту он вернулся и попросил охранника выйти к нему на секундочку.

Дед сторож, без задней мысли открыл дверь и шагнул под ночное небо. Вот со стороны этого неба ему и прилетел первый удар стальной трубы по голове. Далее укурок просто по-фашистски забивал упавшего старика. Два открытых перелома левой руки, голова разбита в лохмотья, всё в крови, как будто заколбасили стадо свиней.
И это не всё. Опомнившись, преступник замотал деду лицо скочем, связал руки за спиной антенным шнуром и был таков.

Вот в таком виде и пришел наш дедуля на первый пост. Когда командир наряда увидел его, то первым его действием было обосраться в штаны с одновременным катапультированием из окна. Ну, а далее менты, скорая, разбуженный главный инженер данного подразделения и множество допросов. Злоумышленник конечно ушел. До приезда Ментов прочесали мы с братвой всю территорию. Сам лично бегал я по всем тёмным углам, как блять Эркюль ёбаный, тот, что Пуаро. С пистолетом, патрон в патроннике, с предохранителя ясен хуй снято. Может и лучше, что не нашёл? А дед сказали, будет жить.

Февральскими жгучими ночами я часто смотрю на звёзды. Их холодное, мёртвое мерцание завораживает. Покой и небытие, время остановилось. Вечность! Что им, до нас убогих и суетных. Клопом больше, клопом меньше. Всё тлен.

Меня спрашивают. Кой дьявол ты мозолишься, какая тебе пенсия, тебе же нынче всего сорок семь стукает. Да всё просто пацаны. Хотелось бы, чтобы и семьдесят семь стукнуло. А при такой жизни, если и стукнет, так разве что инсульт. А оно мне нахуй?! Вот такой камрады високосный день!

09.02.08 г. Е.Староверов.

Санта-Барбара [5]

Морозным субботним вечером, около восьми часов, Анна Корниловна, Анечка, как ее называли друзья и знакомые, встретила свою судьбу. Произошло это банально и жутко неромантично, возле мусорных контейнеров. Анечка поскользнулась и неминуемо упала бы на загаженный отбросами снег, если бы не проходивший мимо мужчина, который успел ухватить ее за рукав спортивной куртки.

Дальше »

Алгоритм правильного стихосложения [6]

Алгоритм успешных виршей
Мы в подробностях распишем:
Льёшь из скляночки страданий,
Не жалея, не скупясь,
Дальше »

Что нужно мне, чтоб быть счастливой? [6]

Что нужно мне, чтоб быть счастливой?
Немного, сущий пустячок:
Похмельным утром кружку с пивом,
И с сигаретой на толчок

Потом холодной водки стопку
Да со сметанкой борщечок,
Да сала шмат. Диету - фтопку!
И с сигаретой на толчок

Еще поспать, минуток тридцать,
Под щечку сунув кулачок
Проснуться, снова подлечиться
И с сигаретой на толчок

Затем пройтись по клубам надо:
Текила, виски, коньячок
Натанцеваться до упада
И с сигаретой на толчок

Вернуться кошкою блудливой
Домой, в постельку, на бочок
А утром встать такой счастливой -
И с сигаретой на толчок!